Войти Полная версия
Валерия Ли
01 октября 21:01
Майкл Джексон – лучший танцор нашей жизни

Выступал на Супербоуле и приходил на «Фулхэм».



Весной 1999-го футбольный матч третьего английского дивизиона между «Фулхэмом» и «Уиганом» посетил Майкл Джексон. Для фигуры такого статуса событие было совсем не очевидное, и когда после игры хозяин «Фулхэма» Мохаммед Аль-Файед пригласил Джексона в раздевалку, футболисты решили, что это артист-имитатор. На всякий случай они попросили его показать лунную походку. 


Неизвестно, скользил ли самый успешный артист в истории человечества в раздевалке скромного английского стадиона, чтобы подтвердить, что он не самозванец.


Но как круто было бы, если да.  


***


Майкл Джексон из 50 лет своей жизни 45 провел в шоу-бизнесе. Он записал самый кассовый альбом в истории музыки (а всего, по разным оценкам, продал от 200 до 750 миллионов копий своих работ), выиграл сотни наград, превратил MTV и концерты на Супербоуле в глобальный феномен, а еще предвосхитил более-менее всю поп-музыку стыка веков и однажды был всерьез коронован африканским королем. В свои пиковые годы он 15 раз собирал «Уэмбли», а когда в 2009-м анонсировал тур-возвращение, миллион билетов смели за два часа. В разное время Джексон был мультипликационным персонажем, куклой и рекламным лицом Pepsi, а сейчас уже почти десять лет как остается самой высокооплачиваемой покойной знаменитостью. Во всей мировой культуре XX века с Джексоном по масштабу, узнаваемости и влиянию сопоставимы единицы: Чаплин, Дисней, Элвис, Леннон. 


В автобиографии (которая называется, правильно, «Лунная походка») Джексон рассказывал, как работал с Дайаной Росс, Полом Маккартни и Стиви Уандером, а на национальном телевидении шутил персонально для легенды голливудского Золотого века Кэтрин Хепберн, по-матерински сделавшей ему замечание за вечные темные очки. Но удивительным образом в самом трогательном моменте его (довольно дежурных) мемуаров нет неймдропинга, и речь там не о музыке даже, а о танцах:


«Я хотел сделать очень долгое вращение и остановиться, на мгновение встав на пальцы, – писал Джексон о своем культовом выступлении на корпоративе звукозаписывающего лейбла Motown в 1983-м. – Но я не смог замереть на столько, на сколько хотел, и пятку опустил. [Позднее за кулисами] я все еще расстраивался из-за этого, но потом ко мне подошел маленький мальчик – лет десяти и в смокинге. Он посмотрел на меня снизу вверх глазами, полными восхищения, и сказал: «А где вы научились так танцевать?». 



***


«Танцевать я всегда умел», – не раз говорил Джексон, единственный музыкант в американском Зале славы танцоров. Хореография присутствует уже в самых ранних выступлениях Джексона – в составе его семейной группы Jackson 5, сенсации эпохи бабблгам-попа. 


Джексон вошел в Jackson 5, когда ему было всего пять, и все детство провел в репетициях и выступлениях: сначала в шоу талантов, а потом с собственными концертами. Он вспоминал, как ребенком в одиночестве за кулисами «наблюдал за всеми хедлайнерами, чтобы перенять у них как можно больше. Я смотрел на их ноги, на то, что они делали руками, как держали микрофон, пытался понять, почему именно так. Я не упускал ни одного шага, ни одного движения, поворота, разворота, подкрутки, эмоции, полудвижения. Это было моим образованием и моим отдыхом». 


Уже став звездой, Джексон во многом так и остался ребенком, преисполненным неповторимой андрогинной невинности. В частности, сохранил он и этот трепет перед большими артистами, будто отказываясь видеть, что сам стал одним из них: «Я рос на настоящих шоуменах: Джеймсе Брауне, Сэмми Дэвисе, Фреде Астере, Джине Келли. Великий артист не оставляет равнодушным никого – это и есть показатель величия. Это как Микеланджело – кем бы ты ни был, это не может не тронуть». 


При этом профессиональный драйв и амбиции и самого Джексона всегда были очень мощны. Песня Dancing Machine вышла в 1974-м, когда 17-летний Майкл уже дорос до роли фронтмена Jackson 5, и он «был полон решимости найти танцевальный элемент, который усилит песню и сделает выступление интереснее и для группы, и для зрителей». Так сознательным усилием творческой воли тинейджера родился ни много ни мало танец робота. Движение, подсмотренное на улице, катапультировало Dancing Machine в топы чартов, а Джексону показало силу телевидения. «Уже через несколько дней, казалось, каждый американский пацан танцевал робота. Я никогда ничего подобного не видел», – вспоминал он в 1988-м. 30 лет спустя мир пережил макарену, гангнам и (вроде бы) флосс, а робот по-прежнему хайлайт школьных дискотек, уличных сейшнов и «Секса в большом городе».



***


Через четыре года после робота Джексон сыграл Страшилу в «Визе» – фантазии Сидни Люмета по мотивам «Удивительного волшебника из страны Оз». Над фильмом с его сложнейшей хореографией Джексону, всегда мечтавшему о кино, работалось в кайф:


«Мне с самого детства было достаточно увидеть танцевальное движение один раз – и я сразу знал, как его исполнить. Кому-то нужно было объяснять пошагово, отбивать ритм, показывать, куда поставить ногу и повести бедром, а куда – шеей. Я же, если видел, значит, мог повторить».


Но, как положено в киноиндустрии, это и стало проблемой. Однажды во время съемок Дайана Росс, игравшая Дороти, отвела Джексона (с которым была в прекрасных отношениях) в сторону и объяснила: он выставляет ее в невыгодном свете, потому что учит танцевальные связки слишком быстро. До конца съемок 20-летний Джексон великодушно прикидывался танцором хуже, чем был, а фильм в итоге получил четыре оскаровские номинации:



***


К началу 80-х благодаря альбому Off the Wall Джексон окончательно ушел от ярлыка «ребенок-звезда» и стал сначала просто звездой, а потом главной звездой планеты: впервые в топ-10 Billboard попали сразу четыре трека с одной пластинки, во всем мире было продано больше 20 миллионов экземпляров альбома, Джексон выиграл свою первую (из 13-и) «Грэмми» и получил от своего лейбла Epic самый высокий в индустрии процент от продаж – 37 (почти $2 с каждой пластинки, проданной в США).


Он сам, однако, считал, что Off The Wall заслуживал большего, так что к записи следующего альбома приступил с жаждой мести. Так появился Thriller (1982) – самый успешный релиз всех времен, сделавший Майкла Джексона легендой. Из девяти песен альбома семь были выпущены синглами, и все побывали в национальной топ-10, а через год после релиза по-прежнему продавалось больше миллиона копий Thriller в неделю. 


В 1984-м Time объявил 25-летнего Джексона «единоличным спасителем музыкальной индустрии: автором песен, определяющих десятилетие, танцором с самыми безумными ногами и певцом, который переходит границы вкусов, стилей и цветов кожи».


К тому времени Джексон уже выступил на 25-летии своего бывшего лейбла Motown с «триллерским» треком Billie Jean (который чуть не получил название Not My Lover, чтобы его не ассоциировали с теннисисткой Билли Джин Кинг). И если альбом Thriller превратился из хита в блокбастер благодаря синглу Beat It, то Майкла Джексона из классного танцора в визионера превратила именно Billie Jean и выступление на Motown 25.


***



У Джексона всегда было четкое представление о себе на сцене. Еще в 1972-м, гастролируя с Jackson 5, он хотел перед исполнением хита Got to Be There сбегать за кулисы за шляпой, в которой снялся для обложки альбома. «Мне тогда это не разрешили, потому что я был маленький, а взрослые сочли идею дурацкой. Но вскоре в очень похожей шляпе по всей стране стал выступать Донни Осмонд, и люди были в восторге. Уже тогда я верил своим инстинктам. Верил, что знаю, как надо».


Больше десяти лет спустя, готовясь к Motown 25, Джексон первым делом заказал шляпу: «крутую федору типа шпионской, как у секретных агентов». До последнего вечера перед выступлением, впрочем, шляпа и случайно найденный черный жакет были его единственным планом.


«Тогда я спустился на кухню и врубил Billie Jean. Громко. Я был там один, вечером накануне шоу, просто стоял там и ждал, пока песня скажет мне, что делать. Я дал танцу создать себя самому, дал ему поговорить со мной. Услышав первый такт, я нацепил эту шпионскую шляпу, занял позу и пошел за ритмом Billie Jean, позволяя ему диктовать движения. И этот момент, когда я отошел на второй план, пропустив вперед танец, был потрясающий», – рассказал Джексон в конце десятилетия. 


В тот день в Пасадене свет впервые и увидела лунная походка Майкла Джексона – возможно, главный фирменный прием отдельного артиста в истории массовой культуры. «Не я придумал лунную походку, – никогда не скрывал Джексон, – но я ее усовершенствовал. Это был танцевальный элемент из гетто, и меня ему научили три черных парня. Они показали мне азы, а я потом долго тренировался в одиночестве и комбинировал ее с другими шагами. Точно я знал только одно: в проигрыше Billie Jean я пойду одновременно вперед и назад, будто я на Луне».



Существует и другая версия возникновения лунной походки. Хореограф Джеффри Дэниэл, работавший в Джексоном над более поздними клипами Bad и Smooth Criminal, рассказывал, что она появилась после того, как Джексон и «маленькая Джанет» увидели его танцующим в Диснейленде в начале 80-х. 


«Они смотрели, как я танцую, из-за кулис. А потом он мне позвонил и сказал, что хочет встретиться и поработать над движениями». Если верить Дэниэлу, у Джексона даже не сразу получилось выполнить лунную походку («Это как матрица – первую попытку проваливают все»), но «потом увидеть, как он сделал ее на сцене и запустил в стратосферу, – это было нечто». 


***


Важно понимать, что в начале 80-х творческий авторитет Джексона был уже так высок, что он приглашал к сотрудничеству хореографов, чтобы они транслировали его идеи, а не снабжали своими. «MJ давал им инструкции о том, какого типа хотел бы движения, чтобы хореограф уже облек это в конкретную форму. Потом он приходил, отсматривал материал и адаптировал его под себя», – рассказывает Стив Ноппер, редактор Rolling Stone и автор книги «Гений Майкла Джексона». 


Культовые видео Thriller (главное музыкальное видео на свете: 14-минутный хоррор за полмиллиона долларов, который шел в кинотеатрах и вдохновил ежегодный предхэллоуинский танцевальный фестиваль) и Beat It (история бандитских разборок, композиционно отсылающая к «Вестсайдской истории») ставил Джексону Майкл Питерс. Он рассказывал, что секрет бомбической хореографии Джексона – в его блестящем знании как истории танца, так и его настоящего. Это позволяло Майклу сочетать элементы брейк-данса с заимствованиями из Фреда Астера и Джина Келли.



С Астером, кстати, – маэстро музыкальной комедии первой половины XX века и первым человеком базы IMDb – у Джексона связан эпизод, позволивший ему впервые по-настоящему почувствовать себя танцором. 


«На следующий день после Motown 25 мне позвонил Фред Астер. Он сказал, дословно: «Ты двигаешься как дьявол, парень. Ты их всех вчера в лужу посадил». Я это вчера записал и сегодня утром пересмотрел. Ты просто дьявол». [Когда то же самое мне сказал Джин Келли] я почувствовал, будто меня ввели в неформальное братство танцоров, и это была огромная честь, потому что это люди, которыми я восхищался больше всех на свете».


***


Помимо веревочных ног, вращений, стоек на пальцах и танца монстров, до конца 80-х большими танцевальными изобретениями Джексона еще стали хватания за пах и антигравитационный наклон из клипа Smooth Criminal. Про первое в 1993-м Опра Уинфри в большом интервью спросила его прямо: «Чего вы все время за пах-то хватаетесь? У вас какая-то проблема?». Джексон с детским смешком объяснил, что просто слушает музыку и делает то, что говорит она: «Это происходит бессознательно. Танцоры, они же просто интерпретируют музыку и аккомпанемент. Если там басы, ты сам становишься басом. Если струнные – ты становишься струной и той эмоцией, которую выражает она. Так что если я танцую и такой – бам, хватаю себя, – я делаю это потому, что так говорит музыка. Я не думаю: так, а нужно ли это делать, а то место не самое удачное. Так происходит само собой. Иногда я пересматриваю записи и думаю: я что, правда сделал это?».


За неделю до интервью с Опрой Джексон сделал хафтайм-шоу на Супербоуле: сейчас мечту любого артиста на свете, а тогда – перерыв между таймами важнейшего спортивного события США, на который телезрители уходили и не всегда возвращались. Так получилось, что в тот момент не только Майкл был нужен Супербоулу, но и наоборот: Джексон оставался мегазвездой и собирал стадионы с туром Dangerous, но сама музыка, которую он играл: легкая, танцевальная, наивная – звучала уже немного устаревшей и отступала под напором гранжа, альтернативы и хип-хопа.


И Джексон доставил. В автобиографии он писал, что всегда выдавал лучшую работу под давлением, и это был как раз такой случай. За 12 минут на стадионе «Розовая чаша» в Пасадене он показал мэшап хитов, а потом при участии трибун и 3 500 детей, которые заполнили поле, спел гуманитарный гимн Heal the World. В результате телерейтинг матча за время перерыва вырос и остался высоким до конца, перерыв Супербоула стал одним из главных шоу на Земле, а Джексон вернул себе звание Короля попа и в каком-то смысле даже предвосхитил ютуб.



Со Smooth Criminal все не так романтично. 45-градусный наклон оттуда выглядит так же роскошно, так и неправдоподобно – даже для Майкла Джексона.  



В клипе для поддержки использовались нити и провода, а для живых выступлений Джексон запатентовал специальную обувь с поддержкой голеностопа, которая крепилась к поверхности сцены механизмом в каблуке и позволяла танцору перемещать центр тяжести с ног, но оставаться на них. Иногда, правда, она давала сбой – как, например, в Москве в 1996-м


90-е вообще были не самым славным периодом в жизни Джексона. Он женился, разводился, защищался от обвинений в педофилии (осужден не был, но осадок остался), размахивал ребенком с балкона и стал подозрительно белым (вскрытие подтвердило, что он действительно был болен витилиго, а не расизмом). Так с годами он из чудаковатой знаменитости, живущей дома с удавом, ламой и шимпанзе, превратился в знаменитость гротескную, которая ходит в маске, избегает любого контакта с медиа, испытывает финансовые трудности. Плюс, он отстроил ранчо, навевавшее воспоминания о зловещем замке Ксанаду из «Гражданина Кейна», хоть оно и было для детей. 


Звездная мощь Джексона от всех PR-провалов, впрочем, пострадала несильно, и когда в 2009-м он собрался в прощальный тур, из-за бешеного спроса количество гигов на лондонской О2 было увеличено в пять раз: с десяти до трудновообразимых 50. Из этого мегаломанского проекта вышла только одна документалка о репетициях This Is It, но как раз ее эффект еще сильнее от того, что ничего не сбылось.


 


Фильм начинается с отбора танцоров в концертную труппу, и практически каждый участник плачет, когда пытается объяснить, что для него значит танцевать рядом с Майклом Джексоном.


«Жизнь тяжелая, ведь да? – говорит дрожащим голосом мальчик в кожаной куртке на голое тело. – И я все искал что-то, что дало бы мне смысл, и надежду, и веру во что-то. Я нашел Майкла». 


***


Принято считать, что за большим успехом стоит огромная работа, – это престижно, педагогично и почти всегда правда. Но за самым большим всегда стоит что-то еще (удача? хитрость? магия?).


Наверное, поэтому, когда встречаешь человека, который нашел свое дело, потом долго его помнишь. 


И совсем редко это может быть кто-то вроде Майкла Джексона – прирожденный шоумен, который на вопрос о своем предназначении отвечал: «Для меня большая честь оказаться тем избранным, который дарит миру музыку, любовь, гармонию. Смысл моей жизни – отдавать все, что я могу, своими песнями, танцами, музыкой». Джексона чаще всего называют не музыкантом и даже не артистом, а труднопереводимым словом entertainer – развлекатель. И это так точно про него – человека, появившегося, чтобы пройтись одновременно вперед и назад, будто он на Луне, пока все остальные думают: такие, как он, бывают один раз в сто лет или просто один раз.



Главный спортивный инстаграм Украины. Подписывайтесь!


Фото: REUTERS/Roy Beardsworth/Action Images; Gettyimages.ru/NBCU Photo Bank; mjlyricsonly.com; globallookpress.com/Harrison Funk/ZUMA Press


Комментарии: 4
Комментировать
Новости СМИ2